Борман зашел к Штирлицу домой и увидел там гору пустых бутылок, голых танцовщиц из соседнего кабаре и пьяного в дым Штирлица. На столе лежала записка "Задание выполнено, можете расслабиться. Алекс".

Штирлиц подошел к окну и высморкался в портьеру. Нет, это не был условный сигнал, просто он хотел еще раз почувствовать себя полковником Исаевым.

Штирлиц пошел в лес по грибы. Поискал слева - не нашел. Поискал справа - не нашел. Поискал спереди - не нашел. "Не сезон" - понял разведчик и сел в сугроб.

Штирлиц заглянул в дупло и увидел светящиеся глаза. "Дятел" - подумал Штирлиц. "Сам ты дятел" - подумал Борман.

Штирлиц шел по ночному лесу на встречу с профессором Плейшнером. Услышав в кустах шипение змеи, он достал из кобуры именной ТТ, разрядил туда всю обойму. Раздвинув ветки, он увидел окровавленный труп Плейшнера. "Бедняга, - подумал Штилиц, - он так и не научился свистеть".

Восьмой раз Плейшнер выбрасывался из окна - яд все не действовал.

Тридцать девять утюгов стояло на подоконнике. "Явка провалена", - понял Штирлиц. Трех утюгов не хватает.

Обычно, 23 февраля, Штирлиц одевал косоворотку и выпив бутылку водки садился играть на гармошке. Однако на этот раз он отправился в один из берлинских баров и, построив находившихся там гестаповцев, заставил их маршировать, распевая революционные песни. Лишь придя домой, он понял как был близок к провалу в этот день.

Штирлиц вышел из кабачка и упав лицом в грязь уснул. Через 15 минут он проснется - сработает годами выработанный рефлекс.

Штирлиц заложил ногу за ногу. В этот день японского резидента Ногу арестовали.